• Когда этот колдун доморощенный узнает, кто его родители и каким таким образом он на Буяне оказался. 4.1k

Мужики во всех мирах мужики. Им только дай на девичьи прелести посмотреть, у них (в большинстве случаев) сразу же мозг отключается. С молоком матери они, что ли, к женской груди тянутся?

  • Острослов...
  • Погоди, Александра, - отмахнулся от меня богатырь. - Так, как, говоришь, тебя зовут?
  • Яснозория я, - пролепетала девица уже буквально кладя внушительную грудь на плечо мужчине.
  • Послушай, Яснозория, - я стала закипать, - шла бы ты лесом да полем к какому-нибудь Темнополью!
  • А чего это ты так злишься? - Острый все же решил обратить на меня внимание. - Тимофей разве не давал тебе задания пристроить хотя бы пару богатырей?
  • Давал, - пришлось признать.

Действительно, чего я завелась? Словно старый советский будильник. Он волен поступать, как считает нужным. Я не имею права диктовать ему, что делать. Понравилась ему эта... пышногрудая - пусть идет с ней, куда хочет. Чего я, в самом деле...

  • Не пыхти ты так, - хмыкнул Залесный, вновь обнимая за талию и придвигая к себе ближе. - Или ревнуешь?

Кто?! Я?! Да! Но тебе, паразит такой, не признаюсь!

Потому что...

  • Ты это специально что ли сделал? - прищурившись, спросила.
  • Как ты могла такое обо мне подумать? - притворно возмутился молодец и сделал вид, что поглощен очень вкусной мясной лепешкой.
  • Острый! - воскликнула и пихнула его локтем в бок. - Отвечай!
  • Значит, на закат смотреть не пойдем? - спросила Яснозория.

-Да.

  • Нет!

Думаю, не сложно догадаться, что злое «нет» принадлежало мне.

За длинным заставленным яствами столом стало тихо. Посмотрела на наблюдающих за всем этим безобразием мужчин и насупилась ещё больше.

  • Доиграешься, Острослов. Больше не буду наколдовывать вам пирожков, - тихо произнесла, чтобы только он услышал.
  • Уже доигрался, - прошептал молодец мне в самое ухо и одновременно с этим провел ладонью по моей спине.
  • Ты что делаешь?
  • Вообще ничего, - сказал этот нахал, возвращая свою ручищу мне на талию.
  • Покусаю, - пригрозила, вгрызаясь в мягкую выпечку, что сейчас держала в правой руке.

Острый иронично изогнул бровь, дескать, ну ты можешь попробовать, и я не могу гарантировать, что мне это не понравится.

  • Так мы пойдем встречать рассвет в объятиях друг друга? - вновь вклинилась в наш разговор пышногрудая красавица.
  • Не сегодня, - не переставая смотреть мне в лицо, произнес сын Черномора. - Меня явно не хотят отпускать.

Сказав это, его взгляд остановился на моих губах.

Почувствовала, как щеки начинают гореть от смущения.

Нет, само собой, я уже целовалась, и причина такой реакции была в другом. Просто я сейчас ясно дала понять богатырю, что он мне небезразличен. Да и какое «безразличен», если на протяжении двух лет видела его во снах?

  • Ведь так, Саша?
  • А? Что? - я рассеяно заблуждала взглядом по залу, в котором по-прежнему было тихо.
  • Не отпустишь меня с Яснозорией на закат смотреть, да рассвет встречать?

Могла из вредности сказать, что он может идти, куда хочет,

если ему так надо. Но это было бы глупо с моей стороны, потому что Острослов мог послушаться. И тогда бы я кусала себе локти от съедающей меня изнутри ревности.

  • Еще чего, - я постаралась убить соперницу взглядом. Та, к слову сказать, уже переключила свое внимание на Данко. - Она тебе не подходит.
  • Почему это? - мужчина ещё теснее прижал меня к себе. Еще немного и придется пересесть к нему на колени. А этого никак нельзя было допустить.
  • А целоваться вы сегодня будете? - разнесся по обеденной голос Агния.

Нет, я его все же придушу.

Ладони стали влажными. Пришлось незаметно провести ими по красной ткани наряда. Ну, вот чего они все смотрят? Выжидают.

  • Ну, что, - Острый приблизил свое лицо к моему на опасно близкое расстояние. - Будешь целовать? Или как?
  • А с чего и не поцеловать-то? - с вызовом посмотрела на богатыря и быстро чмокнула его в нос. А что, он между прочим, ближе всего ко мне был.

По залу разнесся дружный смех. Острый чуть отстранился и откусил от лепешки очередной кусок. Заметила, что уголки его губ нет-нет да пытаются растянуться в широкую улыбку.

  • На этот раз ты меня обыграла, - прожевав, произнес он, убирая руку с моей талии.