• Ты живой? - обеспокоенно спросила у него, когда увидела вывалившиеся из кладовки мешочки с крупой. - Тимка-а... 100-100 3к
  • Живой, - прокряхтел из-под завала рыжий. - Чего не сказала, что у тебя мяса не осталось?
  • А ты меня спрашивал? - насмешливо проговорила, потому что прекрасно понимала, что это была такая очень неубедительная отмазка. - И... Я думала, что обедать мы будем в тереме.
  • Я после контакта с этой рухлядью так проголодался, что, кажется, готов съесть целую корову, - снова выкрутился усатый.
  • Ладно уж, - отмахнулась. - Нам все равно, наверное, уже пора. Мы ведь можем теперь вернуться обратно?

Честно говоря, жить у богатырей мне понравилось гораздо больше. Там тебе и кухня отдельная, и столовая, и сени... А еще второй этаж с кучей комнат! И воздуха больше, кстати сказать. Все обжито, протоплено и еда имеется.

  • Никаких обратно, пока я тут все внимательно не осмотрю! - послышался из комнаты голос Залесной. - Александра,ты что это, спишь на такой подушке? А где постельное белье? И покажи-ка мне, что у тебя есть из одежды.
  • Сейчас, - тяжело вздохнула и обратилась к уже успевшему вылезти Тимошке: - Терпи до терема. Здесь у меня даже молока нет.
  • Печа-а-аль... - простонал тот, который всю дорогу называл себя ученым. - Тоска на выезде.
  • Сколько, говоришь, в моем мире пробыл? - я заломила одну бровь.
  • Иди уже, - хмуро откликнулся кошак.

Понятно. Он сейчас не в том настроении, чтобы

откровенничать. Ну и ладно. Тем более, что когда Берислава увидит содержимое сундука, ему лучше здесь быть одному. Ибо моська, скорее всего, у него перекосится так, что потом мне станет являться в кошмарах заместо Острослова. А я барышня

дюже впечатлительная, такие вещи очень болезненно воспринимаю.

Пересказывать, что было дальше, не имеет смысла. Мы перебирали одежду, посуду, заглянули в кладовку и кухонный шкаф и поняли, что в моей избушке развернуться-то особо негде. И вот тут я осознала, что мне самой места в доме особо и нет. Куда я собралась заселять Арину, одному богу известно.

  • Тут бы терраску пристроить и баньку сколотить... - принялась загибать пальцы чрезмерцо возбудившаяся Берислава. - Про колодец я уже раз двадцать говорила. Так, что там еще...
  • Остановись! - заорал лежащий на лавке у стола кошак. - А может рванет где? Ты подумала, что станет, если нарушишь хотя бы маленький кусочек почвы?
  • А ты нам на что? - удивленно спросила жена Черномора. - И вообще, с чего наш котик так всполошился по поводу обустройства этого убогого земельного участка?
  • С того, что тебе пора в Красноград наведаться, - процедил усатый. - Почитай как лет двадцать, а то и больше с матушкой Пелагеей не виделась. Уж померла, наверное, давно, а ты и не знаешь об этом.
  • Померла, родимая, - печально подтвердила Залесная, но тут же всполошилась: - Погоди, на что это ты сейчас намекаешь?
  • На то, что пора тебе к лекарке сходить, провериться, - принялся разжевывать для непонятливых Тим. - Вон, смотри, какой заботливой и сердобольной сделалась. Не бывало такого раньше с тобой, голубушка.