Примерно через час мы прибыли на нужную станцию. И чем ближе я подходила к больнице, тем страшнее мне становилось. Что скажет нам врач? Когда Г рома переведут в обычную палату? И долго ли он пробудет за больничными стенами?

К сожалению, наблюдающий за другом врач не смог к нам выйти. Передав через санитарку вещи, стали допытываться до медсестры, которая сидела в приемном отделении, чтобы она узнала о состоянии больного. Та, нехотя, позвонила в реанимационное отделение и вскоре успокоила нас новостью, что состояние Громова Михаила Александровича оценивается как удовлетворительное.

  • Нам бы поговорить с врачом... - начала было я, но меня перебили:
  • Девушка, - медсестра была явно не в духе, - вам же сказали. Состояние удовлетворительное. На этом все. Звоните завтра. Как только его переведут в обычную палату, вы сможете его навестить.

Выходила я из больницы в смешанных чувствах. Меня одолевали беспокойство, раздражение и радость. Радость от того, что состояние Миши не настолько плачевное, каким могло бы быть.

  • Если мне удастся разузнать еще что-нибудь, я тебе позвоню, - сказала Нина Олеговна, когда мы уже выходили из метро на улицу в своем районе.
  • Спасибо, - искренне поблагодарила я. - Буду ждать вашего звонка. Вы поедете к нему?
  • Сначала попытаюсь разузнать побольше о его состоянии. Если его переведут из реанимации, я сообщу тебе. А ты лучше займись учебой, - это она произнесла с укором. - Нехорошо будет, если из-за Миши ты перестанешь думать о получении диплома о высшем образовании. Побудь завтра дома.

Умом я понимала, что она права. Мне действительно стоило просмотреть конспекты и подготовиться к контрольной, которую нам обещала преподавательница по Правоведению.

Но сердце разрывалось на части от одной только мысли, что я ещё день не увижу Мину.

  • Пожалуйста, сразу же мне позвоните, - я с мольбой посмотрела на маму Грома. - Если получится разузнать о его состоянии.
  • Я же пообещала, - устало проговорила женщина.
  • Спасибо, - поблагодарила я ее еще раз.

Мы распрощались, и я понуро поплелась в сторону своего дома.

И вот надо было мне именно в этот день столкнуться с Олей. Она буквально налетела на меня, чуть было не сбив с ног. Я уже надеялась, что девушка просто пройдет мимо. Но, увы... Бывшая подруга остановилась, посмотрела на меня оценивающим взглядом. Увидела ссадину на губе и со злобой выпалила:

  • Что, наркоман твой побил?

Я нахмурилась. Откуда она про Мишину проблему узнала? И вообще, даже Нина Олеговна не стала заострять внимание на моем лице, когда увидела меня утром. Делала вид, что ничего не замечает. И я была ей за это очень признательна. Не хотелось выкручиваться, придумывая историю, обо что это такое я ударилась. Оля же, судя по всему, тактом не обладала.

  • Не понимаю, о чем ты, - холодно ответила и продолжила путь до дома.
  • Он, небось, и колоться начал, потому что тебя встретил, - полетело мне вслед.

Пусть говорит, что хочет. Я одного понять не могу - как могла дружить с ней столько лет и в упор не замечать, насколько она гнилой человек?

Войдя в квартиру, закрыла дверь и уперлась спиной об обитую кожзамом поверхность. Вот вроде ещё даже двух нет, а я уже устала, как собака.

  • Алиночка, это ты? - раздался мамин голос из дальней комнаты.
  • Да! - выкрикнула и таки заставила себя отлипнуть от такой спасительной в данный момент опоры. - Это я... - произнесла уже намного тише.
  • Я только недавно суп сварила, иди, поешь, - сказала женщина, выходя из спальни. - Как погуляли?
  • Нормально, - отмахнулась я, и стала стаскивать ботинок с правой ноги. - Погуляли по парку, поболтали. Преподов обсудили.
  • Не замерзла? - обеспокоенно спросила родительница, смотря на мой раскрасневшийся нос.