В работе с сексуальными расстройствами крайне важна телесность человека, а также избавление от дезадаптивных сексуальных запретов, которые обычно формируются в результате неправильного воспитания и различных психологических травм. Именно поэтому гештальт-терапия подходит для таких расстройств, как нельзя лучше, ведь в ней уделяется большое внимание как первому, так и второму из вышеописанных пунктов.

Стоит, конечно, понимать, что любая психотерапия будет эффективна только при работе с функциональными и психосоматическими расстройствами, именно поэтому человеку с сексуальными проблемами стоит прежде всего пройти медицинское обследование. 0-0



Гештальт-подход в работе сексуальными расстройствами интересен и тем, что он редко предполагает работу с сексуальной проблемой напрямую. Большинство таких проблем в гештальт-терапии рассматриваются, скорее, как проявление общего паттерна функционирования человека, который просто дает о себе знать наиболее наглядным образом именно в сексуальной сфере. Такие паттерны в гештальт подходе также зовутся механизмами прерывания контакта. В то время как залогом успешной сексуальной жизни является возможность формирования здорового контакта с другим человеком, с собой, со своим телом и своими потребностями. Далее мы покажем на примерах, как те или иные прерывания контакта способны выражаться в различных сексуальных проблемах.

 


Максим, 28 лет, проекция-импотенция.

Максим обратился с проблемой импотенции во взаимоотношениях со своей текущей девушкой, при том, что с другими девушками такой проблемы никогда не возникало. Цель терапевта в данном случае - выявить, какое конкретно прерывание приводит к проблеме и проработать его, для чего используется техника дифференциации или исследования, проще говоря, клиента просто расспрашивают о том, как и в каких обстоятельствах проявляется проблема.

Терапевт: можешь подробнее рассказать о своей проблеме?
Клиент: Да, я даже не знаю, что тут рассказывать. Раньше всегда все было нормально. С другими девушками. А с этой, что-то не так. Причем в первый раз с ней все было хорошо, но с каждым следующим разом, я, так сказать, становился все более «вялым». Я если честно боялся, что это какая-то чисто физическая проблема, но врач ничего не сказал по этому поводу, да и при просмотре порнографии у меня с этим все в порядке.
Т: То есть проблема исключительно с этой девушкой?
К: Да.
Т: Понятно. А что такого в этой девушке, что отличает ее от остальных?
К: Да, тут сложно сказать, в принципе то, все девушки разные. Но мне, кажется, она сама занимается сексом как-то механически, как будто для галочки. Но проблема не в этом, вряд ли именно это бы мне помешало. Она красивая и ведет себя сексуально, не знаю в общем…
Т: Ну ты сейчас говоришь именно о сексе, а в целом, что ее отличает от других твоих девушек? (терапевт выясняет факторы поля, которые могут влиять на образование проблемы).
К: Хм. Ну если честно, мне не совсем нравится ее манера общения, то есть, по сути, наши с ней отношения и завязаны только на сексе, как таковом.
Т: А что не так с ее манерой общения?
К: Как бы это странно не звучало, она все время хвалит и поддерживает меня… Просто она делает это каким-то образом, как будто исходит из своих каких-то позиций или критериев.
Т: Что конкретно ты имеешь в виду, приведи пример.
К: Ну например, она мне говорит, что я «молодец» после секса, и это вроде комплимент, но на самом деле создается впечатление, что она сама не удовольствие от секса получает, а выступает каким-то оценщиком. И в итоге я во время секса как бы начинаю пытаться ее удовлетворить. К тому же иногда несмотря на то, что она достаточно развратная, создается какое-то впечатление брезгливости с ее стороны. Она постоянно вытирается, постоянно заставляет менять презервативы.
Т: Вот эта брезгливость и оценка как-то связаны между собой?
К: Странно, но мне кажется, что да, есть что-то схожее.
Т: Что это может быть?
К: Ну как будто меня не принимают таким какой я есть, как будто должен постоянно стараться удовлетворить какие то критерии или чему-то соответствовать, чтобы меня приняли.
Т: И когда тебя оценивают, то что происходит в теле?
К: Ну появляется напряжение в верхней части тела и в глазах.
Т: Вот это напряжение в глазах с чем оно связано?
К: Как будто хочется заплакать.
Т: И когда напряжение в теле и глазах и хочется плакать на какую эмоцию это похоже?
К: Получается обида.
Т: Получается оценка и брезгливость вызывают у тебя обиду. А где еще это проявлялось в твоей жизни.
К: С матерью… На самом деле она любит меня и всю жизнь любила, но она всегда знает, как, по ее мнению, должно быть правильно. И всю жизнь она хвалила меня не за то, к чему я сам стремился и чего я сам хотел, а за то, чего хотела она. И это вызывало лишь обиду. И когда, она хвалилась мной перед всеми за достижения, которые интересны только ей… Получается с моей девушкой все также как с мамой?..

(Таким образом, терапевту удалось раскрыть проекцию клиента: клиент проецирует на свою девушку образ матери из-за чего ее оценки провоцируют в нем обиду, дальнейшая работа пойдет на устранению самой обиды, например, путем работы с пустым стулом, куда клиент посадит образ матери; однако, вне зависимости от результата проработки клиенту нужно будет еще и принять на себя ответственность, и вполне возможно, отказаться от данной девушки, если такое ее поведение ему не нравится).

Василий, 32 года, проекция в связи с травмой потери.

Техническое развитие предыдущего случая можно проиллюстрировать на примере Василия, который обратился с похожей проблемой.

К: Три года назад погибла моя девушка и только сейчас я решился на новые отношения. Нашел себе девушку, но у меня с ней не получается в постели. Врачи проблем не выявили, да и раньше все было в порядке.

(из данной истории уже можно предположить, что проекция клиента связана с его бывшей девушкой)

Т: Ты сказал о своей бывшей девушке, что ты сейчас чувствуешь, думая о ней?
К: Я ее очень сильно любил раньше, люблю и сейчас, но понимаю, что уже пора двигаться дальше.

(Несмотря на то, что клиент заявляет о необходимости двигаться дальше, это еще совсем не значит, что внутренне он уже принял потерю и ассимилировал опыт. Неассимилированный опыт, очевидно, будет напоминать о себе, при встрече с новой девушкой. Это предположение и может проверить терапевт).

Т: Скажи, а сейчас если ты представишь, что ты со своей новой девушкой, что ты чувствуешь?
К: Хм.. Не знаю. Хотелось бы сказать, что возбуждение, но на самом деле, ощущая какую-то обиду.

(Теперь терапевт может предложить клиенту провести эксперимент с пустым стулом)

Т: Хорошо, можешь представить сейчас, что твоя девушка сидит на этом стуле? Можешь сказать ей по поводу своей обиды?
(терапевт ставит пустой стул)
К: Ну давай попробую… Я обижен… (тихо… обращаясь к стулу)
Т: Что сейчас в теле у тебя?
К: Как будто больно сжимает внутри от обиды.
Т: Можешь снова сказать ей, что ты обижен, но уже по настоящему?
К: Я ОБИЖЕН! (уже громче обращаясь к образу)….
(…слезы…)
К: Почему ты покинула меня?!

Образ текущей девушки сменился на образ бывшей. Гипотеза оказалась верной, и на клиента действительно оказывают влияние его незавершенные отношения. Дальнейшая работа пойдет на ассимиляцию чувств, связанных с бывшей девушкой и ее смертью.

В таких случаях незавершенных гештальтов может быть достаточно много, что проявляется в смене чувств клиента в процессе взаимодействия с образом. Как и в этом случае, начинается все часто именно с обиды за то, что человек ушел раньше времени и как бы бросил. Здесь же проявляется горе и оплакивание, но также злость и агрессия за какие-то проступки партнера и, наоборот, раскаяние за собственные. Но стоит упомянуть пару нюансов. Во-первых, многие терапевты используют стандартную модель проживания горя по типу: отрицание, гнев, торг, депрессия, принятия. Эта модель не основана ни на чем, да и применялась изначально вообще не к потерям, но многие зачем-то прогоняют клиента именно по этим этапам, по сути, заставляя его проявлять описанные стадии и чувства, что кажется абсолютно неправомерном. Следует идти за клиентом в его чувствах и ощущениях. Во-вторых, как было упомянуто выше, при потери близкого, у человека остаются не только позитивные, но и негативные чувства по типу обиды и злости. И эти чувства необходимо отыгрывать, так же, как и последующее чувство стыда за эти чувства.

В конце работы, клиент смог наладить полноценный контакт с девушкой, не прерывая его предыдущим опытом.

Марина, 33 года. Интроекция-фригидность.

Интроекция – это принятие чужих мнений и представлений без их ассимиляции. В результате процесса интроекции образуются структуры под названием интроекты, которые предстают перед нами в виде дезадаптивных убеждений и запретов клиента. Основные интроекты закладываются еще в детстве в процессе воспитания и моделирования родительского опыта. Именно интроекты, проявляясь в виде запретов, часто бывают причиной сексуальных расстройств.

К: У меня проблемы с получением удовольствия от секса. От меня уходит уже не первый молодой человек из-за того, что у меня не получается с сексом…
Т: Можешь рассказать подробнее, что значит не получается с сексом?
К: Ну мужчины часто обвиняют меня в том, что я холодная и не активная в сексе, и что из-за того, что я не получаю удовольствие, не получают его и они. А я, действительно, не получаю особого удовольствия и не стремлюсь к сексу, из-за чего еще и редко им занимаюсь, из-за этого мужчины постоянно уходят от меня.
Т: Я заметил, что ты говоришь о своей проблемы, как будто она состоит не в невозможности получать удовольствие, а просто в необходимости привлекать других мужчин. Как ты сама относишься к тому, чтобы получать удовольствие от секса?
К: Ну не знаю. Если честно мне кажется, что это нормально для девушки.

(таким образом был выявлен интроект «отсутствие удовольствия в сексе для девушки – это нормально». Далее необходимо дифференцировать или прояснить этот интроект и понять откуда он взялся. Такая работа, по сути, представляет из себя работу с убеждениями.)

Т: А как ты считаешь, действительно ли все девушки не получают удовольствие от секса.
К: Ну не знаю, может кто-то и получает.
Т: Если я скажу тебе, что у меня было много клиенток, которые, по их словам, получают удовольствие от секса?
К: Ну да видимо получают.

(развеяли убеждения по поводу как таковой невозможности получать удовольствие от секса)

Т: Тогда откуда взялась это идея, что это нормально не получать удовольствие от секса?
К: Ну наверно это моя мать... Для нее секс был в основном способом манипулировать мужчинами и привлекать их, и мне она твердила, что мужчинам нужно лишь это.
Т: И ты думаешь, что для твоей матери было нормально не получать удовольствия от секса?
К: Не знаю, просто у них с моим отцом до их расставания были крайне натянутые отношения, и я не помню, чтобы они вообще этим занимались.

(Здесь вырисовывается интересная гипотеза. Кажется, что для клиентки уход отца является достаточно травматическим событием. А так как мать говорила, что мужчинам нужно только одно, то клиентка в определенном мере фиксировалась на сексе, как на способе привлечения и удержания мужчины (чтобы не повторился опыт с отцом), но не как на способе получения удовольствия. Последний пункт уже скорее связан с моделированием поведения матери и ее холодности в отношении мужчин).

Т: Как ты считаешь, если ты будешь получать удовольствие от секса может ли это тебе помочь удержать или привлечь мужчину?
К: Ну я как-то не задумывалась, но вообще судя по тому, что мне говорят сами мужчины видимо да, это могло бы помочь мне стать более чувственной и им бы это наверно понравилось.
Т: Тогда как ты считаешь, действительно ли нормально для девушки не получать удовольствие от секса, и нужно ли повторять те отношения, что были у твоих родителей?
К: Я думаю, что нет.

Конечно, данный разговор вряд ли разрешит всю проблему фригидности. Однако, мы сделали важный первый шаг и, по сути, устранили значимый дезадаптивный запрет-интроект, что в дальнейшем уже позволит формировать новые навыки получения удовольствия. Например, таким образом:

Т: Что тогда ты можешь сделать, чтобы получать больше удовольствия?
К: Ну я могу больше прислушиваться к своему телу и не зажиматься. Сама проявлять активность, т.е. не ожидать, когда мужчина захочет и не манипулировать им, откладывая секс, хотя мне и самой хочется.

Данные мысли и навыки, озвученные клиенткой, создают для нее опору для поведения в реальной жизни. И все же основная работа с фригидностью будет направлена на обращение к своему телу и на дифференциацию собственных ощущений.

Василиса, 24 года. Слияние-фригидность.

При работе с серьезной фригидностью, мы чаще встречаемся с таким механизмом прерывания как слияние. Слияние (конфлюэнция) – это защитный механизм, который может описываться в разных классификациях по-разному, так как имеет ряд подтипов. В данном случае мы говорим о слиянии в виде десенсибилизации, т.е. отсутствия дифференциации ощущений собственного тела. Проще говоря, в случае данного типа слияния, человек плохо способен различать собственные чувства и ощущения (такое расстройство также зовется алекситимией). Работа с таким расстройством может длиться достаточно долго, так как клиенты со слабым ощущением тела, являются одними из самых сложных, однако и им можно помочь. Каждую сессию с такими клиентами можно начинать с упражнений на осознание.

Т: Василиса, я хочу предложить тебе упражнение на осознание. Для этого тебе просто в течении пяти минут надо проговаривать, то, что ты осознаешь в данный момент.
К: Эм, хорошо. Я осознаю, что у меня проблема, что я отвлекаюсь на то, что происходит за окном, осознаю, как там шумят люди. Я осознаю тебя и как ты смотришь на меня. Я осознаю, что волнуюсь по поводу того, что ты думаешь, хотя сейчас уже и нет…

Данное упражнение является не только терапевтическим, но и диагностическим, так как позволяет определить зоны прерывания клиента. В частности, даже из небольшого абзаца понятно, что внимание клиентки занято в основном мыслями и тем, что происходит вокруг, но при этом, она абсолютно ничего не говорит про свое тело, как бы исключая его из внимания.

Т: Ты знаешь, ты сейчас говорила все это, и я заметил, что ты практически ничего не сказала про свои телесные ощущения. Сейчас попробуй обратить на них внимание и скажи, что у тебя в теле?
К: Ну просто расслабленное тело

(такой ответ говорит о слабой чувствительности к телесному ощущениям, притом, что такой клиент может утверждать о расслабленности даже в том случае если тело на самом деле напряжено; в таком случае терапевт может указать на это напряжение)

Т: Ты говоришь, что расслаблена, но мне кажется, что у тебя подняты плечи.
К: (опускает плечи). Да, действительно…
Т: Сейчас посмотри, что еще в теле не так как обычно?

(Такие вопросы позволяют клиенту сконцентрировать внимание на теле и постепенно начать его чувствовать. В дальнейшем каждый сеанс можно начинать с упражнения на осознания и обучать клиента чувствовать свое тело, связывая чувства с эмоциями, а эмоции с действиями и потребностями. Постепенно клиентка начнет различать все большие тонкости и нюансы своих ощущений, что поможет ей легче понимать себя и свои чувства).

 


Травматическая десенсибилизация.

Стоит понимать, однако, что подобная алекситимия может также являться следствием какой-либо травмы. В данном случае, над девушкой совершал сексуальное насилие ее отчим. В итоге единственным выходом для нее стало отстранение, а сам половой акт ассоциировался не с удовольствием, а с болью и унижением. Таким образом, дать волю своим ощущениям для нее – это, прежде всего, почувствовать боль. К сожалению, дать волю этой боли – это необходимый шаг в процессе терапии и только так клиентка сможет от нее избавится вместо того, чтобы все время ее удерживать в себе путем подавления. Такая разрядка может происходит как путем обычного катарсиса, когда клиентка неожиданно вспомнит вытесненную ситуацию с насилием, так и за счет дальнейшей проработки отдельных чувств, когда мы дадим возможность клиентке выразить свои чувства по отношению к насильнику.

***


Стоит понимать, что это лишь небольшой перечень примеров работы с сексуальными расстройствами к гештальт-терапии. И хотя их в какой-то мере можно считать типовыми, мы всегда говорим о том, что необходимо идти за клиентом и учитывать его индивидуальность. И в каждом конкретном случае за одним и тем же расстройством могут скрываться различные прерывания и различные истории. И, конечно, же мы не упомянули множество иных примеров прерываний, тех расстройств, которые они порождают и способов работы с ними. Например, тоже слияние на последних стадиях контакта (его еще называют эготизмом) может выразиться в том, что мужчина долго или вообще не может кончить во время секса, хотя с потенцией у него все в порядке. Это связано с застреванием на финальной фазе контакта. Однако, это же расстройство может быть связано с другим прерыванием – ретрофлексией, когда человек перенаправляет свое напряжение на самого себя, а не реализовывает его во вне. Это проявляется в сдерживании и невозможности полного высвобождения, а по сути, в невозможности достижения оргазма. Ретрофлексия может проявиться и в сексуальных девиациях, по типу мазохизма, когда человек получает удовольствия не от секса, а от болевых ощущений. По сути, он перенаправляет на самого себя желание причинить боль кому-то другому. Иногда вместе со слиянием проявляется дефлексия и тогда девушка занимается сексом не ради секса, а в качестве занятий спортом, например. А интроекты могут не только поставить запрет на занятия сексом, но и ограничить наши способы получения удовольствия во время него. Это проявляется в запретах на определенные способы удовлетворения сексуальных потребностей или в расставление неправильных приоритетов в сексе.

Интересно, что и сам секс может порой выступать способом бегства от болезни, в этом случае он предстает как способ реализации прерывания по типу дефлексия. В итоге человек старается отстраниться от проблем с помощью секса, однако, это не позволяет ни решить саму проблему ни получать удовольствие от полового акта. Гештальт-терапия позволяет осознать подобные механизмы прерывания и отказаться от них, войдя в здоровый контакт с другим человеком и получая удовлетворение от сексуальных отношений.